«Главу внешней разведки Трубникова постигло невыносимое горе»

Общество

СЛУЖБА В СТРАНЕ ДРУЗЕЙ

Генерал Трубников почти не улыбается и осторожен в выражениях. Даже трудно представить себе, что Трубников немалую часть жизни пользовался журналистским прикрытием в заграничных командировках.

Трубников — профессиональный индолог. Изучал хинди в МГИМО, после института его пригласили в КГБ и отправили в разведывательную школу №101, которая много раз меняла свое название, превратившись затем в Краснознаменный институт имени Ю.В. Андропова, а теперь в академию. Первая заграничная командировка — в Индию.

Индию было принято именовать страной друзей. Но, попав в Индию, многие быстро разочаровывались. Несмотря на рассказы о вечной дружбе и душевном согласии, к нашим людям индийцы относились равнодушно, как и вообще ко всем иностранцам. Индийцы слишком высоко ценят себя, чтобы расшаркиваться перед иностранцами.

Но работавшие в Индии разведчики наслаждались не только преимуществами буржуазной демократии, что позволяло свободно встречаться с нужными людьми и получать доступ к информации, но и извлекали большую пользу из распространенной в стране коррупции. Злые языки даже утверждают, что успехи разведчиков в Индии объяснялись не столько их мастерством, сколько слабостью индийской рупии.

Москва располагала в Индии настолько большим разведывательным аппаратом, что его подразделениям в различных городах придали самостоятельность. Резидентура в Дели получила статус головной (как и вашингтонская резидентура в Соединенных Штатах). Ее руководители отвечали за работу всего аппарата на территории Индии. Они получали генеральские звания — редкость в те времена. Руководители трех важнейших направлений — политическая разведка, внешняя контрразведка и научно-техническая разведка — тоже имели высокий статус.

Кроме того, существовали самостоятельные резидентуры в Бомбее (ныне Мумбаи), Калькутте и Мадрасе — под прикрытием советских генеральных консульств. Каждую возглавлял резидент, имевший собственную шифросвязь с Москвой.

ЧИТАТЬ  Учителя раскрыли детали обучения с 1 сентября

Делийский резидент координировал их работу. В 1970 году главным резидентом стал генерал-майор Яков Прокофьевич Медяник. Начинавший еще в пограничных войсках, он прослужил в разведке до семидесяти лет. Дважды работал в резидентуре в Израиле, возглавлял резидентуру в Афганистане, ближневосточный отдел Первого главного управления КГБ. Долгие годы он был заместителем начальника разведки по Ближнему Востоку и Африке.

"Главу внешней разведки Трубникова постигло невыносимое горе"
Вячеслав Иванович Трубников.







ИНДИЙСКОЕ ЗЕМЛЯЧЕСТВО

Поработавшие в Индии разведчики — это люди, которые могут похвастаться реальными успехами и в вербовке, и в активных мероприятиях. Здесь удавалось вербовать не только индийцев, но и американцев.

В руководстве Первого главного управления традиционно складывались своего рода землячества — объединялись разведчики, которые долго работали на одном направлении. Объединяли их не только служебные, но и дружеские отношения. Такие землячества в первом главке иронически именовались «мафиями» — «американская», «скандинавская», «индийская»…

Многолетний начальник разведки Владимир Александрович Крючков к любым попыткам своих подчиненных группироваться относился подозрительно. Но «индийская мафия», как говорили в разведке, была очень влиятельной.

Вячеславу Трубникову, как считают ветераны, повезло. Его отличали два главных руководителя индийского направления — Медяник и Леонид Владимирович Шебаршин, последний начальник советской разведки. А потом его оценил Примаков и сделал своим первым заместителем.

Благодаря Примакову Трубников быстро прошел путь от генерал-майора до генерала армии. Говорят, что, несмотря на стремительный служебный рост, он мало изменился и звездной болезни избежал.

Вячеслава Ивановича один из офицеров, учившийся с ним на курсах переподготовки руководящего состава разведки, назвал человеком-компьютером:

— Он мгновенно соображает. Он кажется иногда как бы легкомысленным. На самом деле он уже все просчитал.

СУДЬБА ШИФРОВАЛЬЩИКА

Трубников в роли первого зама начальника внешней разведки тащил на себе основной груз повседневной работы, которую приходилось перестраивать на новый лад. Начало девяностых — это катастрофическая нехватка свободно конвертируемой валюты, необходимость сильно сократить центральный аппарат и состав резидентур по всему миру, отказаться от прежних прикрытий…

Создавались резидентуры внешней разведки в странах, где их раньше не было, — прежде всего в бывших советских республиках. Поначалу испытывали даже проблемы со связью. В новых посольствах не было шифровальных систем. Установка такого оборудования — дорогое и сложное дело. От этого страдали и разведчики, и дипломаты.

Первый российский посол в Литве Николай Михайлович Обертышев рассказывал мне, как поначалу вынужден был ездить на машине из Вильнюса в Калининград, когда ему надо было отправить шифровку в Москву или получить присланные на его имя телеграммы.

У наших послов в небольших государствах Африки были такие же проблемы — они раз в неделю ездили в соседнюю страну, где у коллеги-посла есть шифровальная служба, читали поступившие указания и отписывались за неделю.

Телеграммы пишутся от руки в специальном блокноте с нумерованными страницами и передаются шифровальщику, самому секретному человеку в посольстве. Шифровальщик с семьей постоянно живет на территории посольства. Выходить в город в одиночку ему категорически запрещено. За ним бдительно присматривает офицер безопасности — сотрудник внешней контрразведки.

Завербовать шифровальщика — мечта любой разведки. Иногда это удается. Служба у шифровальщика тоскливая. Дипломаты получают удовольствие от зарубежной жизни, а он нет.

"Главу внешней разведки Трубникова постигло невыносимое горе"
С Президентом России Владимиром Путиным.







СМЕНЩИК ПРИМАКОВА

Примаков не просто сделал Трубникова первым заместителем, но и видел в нем своего сменщика. Если Евгений Максимович уезжал в командировку, а был день его доклада президенту, он старался, чтобы вместо него обязательно пошел Трубников. Другой бы иначе поступил — нет меня, и никто другой в Кремль не пойдет. А Примаков хотел, чтобы президент лишний раз сам посмотрел на Трубникова. И не упускал случая сказать президенту что-то хорошее о своем заместителе.

Однажды Примаков в своем кругу заметил:

— Время такое сложное, все так быстро меняется. Сегодня я есть, завтра меня нет. Я должен оставить вместо себя человека, которого буду рекомендовать.

Его пресс-секретарь Татьяна Викторовна Самолис резонно возразила:

— Да кто же вас станет слушать, Евгений Максимович? Пришлют кого захотят, и все. Политического назначенца, человека, кому-то там глубоко преданного.

Примаков ответил:

— Ну, это уже их дело. Но у меня есть человек готовый, и президент должен об этом знать. Но мой человек должен быть готов принять на себя эти обязанности, чтобы я себя в этом не мог упрекнуть.

Вышло так, как хотел Примаков. Когда он в январе 1996 года ушел в Министерство иностранных дел, то президент Ельцин подписал указ о назначении Трубникова директором Службы внешней разведки.

ЗАПИСКИ МАЙОРА МИТРОХИНА

На время директорства Трубникова пришелся громкий скандал, доставшийся ему по наследству. Я имею в виду историю с отставным майором Василием Никитичем Митрохиным.

Служба внутренней безопасности Первого главного управления КГБ СССР никогда не обращала на него внимания. Какую опасность мог представлять человек, который занимался не оперативной работой, а долгие годы работал в архиве и дослужился лишь до майора?

Митрохин после войны работал в милиции, затем в военной прокуратуре, оттуда его перевели в Министерство госбезопасности. Он работал на Ближнем Востоке, ездил в короткие командировки в другие страны. В последний раз его послали с оперативным заданием в Австралию вместе с нашими спортсменами, которые участвовали в мельбурнской Олимпиаде в 1956 году. Видимо, во время командировки что-то произошло, потому что Митрохина с оперативной работы перевели в архив, лишив служебной перспективы.

Майор был аккуратным и исполнительным служакой — радость кадровиков. Каждое утро он загодя приезжал на работу, получал в архиве очередное секретное дело и прилежно сидел над ним до вечера. Самое интересное выписывал для себя. Некоторые документы Первого главного управления Комитета государственной безопасности СССР копировал дословно.

Личные и оперативные дела агентуры — высший секрет разведки. Сотрудник разведки может получить для работы только то дело, которым непосредственно занимается. Но для служащих архива возиться со старыми папками — часть их служебных обязанностей. Исписанные за день листочки майор перед уходом домой прятал в носках или в трусах. Никто и никогда его не остановил и не проверил. Он приносил копии секретных документов домой и вечерами перепечатывал их на машинке.

А в пятницу вечером перепечатанное отвозил на дачу и прятал под матрасом. Потом перекладывал в герметичную посуду и зарывал в саду. Так продолжалось десять лет, с 1972-го по 1982 год.

В 1984 году Василий Никитич Митрохин вышел по возрасту на пенсию и стал ждать. На что он надеялся в советские времена, непонятно. Но когда Советский Союз распался, наступил момент, когда он решился выйти из подполья. Он выкопал один из драгоценных горшков, взял билет до Риги, ставшей столицей независимой Латвии, и там предложил свои сокровища американскому посольству.

Американцы отнеслись к отставному майору недоверчиво; их не интересовали старые дела и пенсионеры. В начале девяностых желающих перебраться в Соединенные Штаты было слишком много, а средства ЦРУ по приему перебежчиков ограничены. Тогда майор 9 апреля 1992 года посетил британское посольство.

Менее избалованные англичане оценили его предложение. Молодого сотрудника британской контрразведки командировали в Москву. Он выкопал в саду Митрохина оставленные им материалы. Получилось шесть чемоданов. 7 ноября 1992 года Митрохина вместе с семьей доставили в Лондон. Отставной майор получил британский паспорт, новое имя и вместе с британским историком Кристофером Эндрю написал две книги, основанные на скопированных им документах.

● ● ●

В мае 2000 года президент Путин назначил нового директора Службы внешней разведки, а Трубникова перевел в Министерство иностранных дел. Для него в МИДе ввели еще одну должность — первого заместителя министра. Поручили заниматься объединением с Белоруссией и всем комплексом отношений со странами СНГ.

Особым указом Вячеслав Иванович был назначен специальным представителем президента в ранге федерального министра. С поста первого замминистра Трубников уехал послом в Индию, где когда-то начинал свою карьеру в разведке.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ: действительно ли в разведывательных сводках под грифом «совершенно секретно» хранятся все тайны мира?

Начало в номерах газеты от 19, 26 августа, 3, 10, 17, 24 сентября, 1, 7, 15, 22, 29 октября, 4, 11, 18, 25 ноября

Источник: https://www.mk.ru/social/2020/12/15/glavu-vneshney-razvedki-trubnikova-postiglo-nevynosimoe-gore.html

Оцените статью
Белогорск News
Добавить комментарий