Эксперт спрогнозировал возможные сценарии развития мусульманских протестов в Москве

Общество

— Роман Анатольевич, кем могут быть люди, которые выходят к посольству Франции? Возможно ли, что их кто-то подначивает?

— По-разному может быть. Кого-то могут подначивать, кто-то может и сам выйти. У нас же были случаи, например, в сентябре 2017 года, когда тысячи мусульман пикетировали посольство Мьянмы из-за якобы притеснения народа рохинджа. Потом выяснилось, что этот народ и не притесняют вовсе. Дело замяли. Что касается современных событий, ситуация, прямо скажем, очевидная. Есть оскорбление во Франции пророка Мухаммеда, есть французское посольство.

— В основном протестуют молодые люди?

— Молодежь более активна. Есть определенная волна возмущения в исламском мире, вот так она проявляется. Слава богу, у нас нет погромов и убийств. Хотя 16-летний подросток, напавший ночью 29 октября в татарском городе Кукмор на отдел полиции, вполне мог это сделать под влиянием как раз волны. У нас есть много спящих ячеек, террористов, которых инициирует к действиям некая скандальная история. Макрон своими заявлениями, собственно, их «разбудил». Конечно, у этого паренька уже не спросишь, почему он именно сейчас напал на полицейских. Но я вполне допускаю, что такой триггер у него случился благодаря Макрону.

— Парень принял ислам?

— Типичный неофит, классика жанра. Новообращенные — наиболее радикализированная группа мусульман, уровень радикализации среди них -около 70%, в то время как среди всех — только 2%. Среди радикалов есть люди самых разных национальностей. Много русских, украинцев, есть евреи, представители малочисленных народов севера — в общем, полный интернационал.

— Что побуждает людей становиться радикалами?

— Парень из Татарстана, например, происходил из соответствующей семьи, с протестными настроениями.

— Можно ли предположить, что он был под запрещенными веществами?

ЧИТАТЬ  В Петербурге вылечили пациента с раком при помощи микроволн

— Нет, такие люди обычно имеют в голове достаточно дури, чтобы производить подобные атаки. Хорошо еще, что у него не было огнестрельного оружия или бомбы.

— Так ведь ему всего шестнадцать, откуда оружие…

— Кстати, это далеко не самый молодой террорист. Бывают 13-14-летние был и 11-летний террорист. Так что 16 лет — возраст вполне солидный.

— Люди, которые в эти дни выходят к посольству Франции, живут в Москве или же приезжают откуда-то?

— Понятно, что большинство мусульман, которые находятся в Москве, — приезжие, в основном из Средней Азии. Они в основном проживают в ближнем Подмосковье.

— Много ли в Москве мусульманских сообществ?

— Многие сотни. Они делятся и по национальному признаку, и по землячествам, по направлениям ислама, по мусульманским юрисдикциям. Центрального руководства у них нет.

— Есть ли признанные всеми авторитетные люди?

— У каждой группы свои авторитеты, но не у всех есть очевидные лидеры.

— Вы ожидали подобного развития событий после заявления Макрона?

— Я сразу сказал, что Макрон выпустил джинна из бутылки, поставив под угрозу жизни своих граждан, которых немедленно начали убивать. Почему у мусульман должна быть коллективная ответственность за одного террориста, мне непонятно. В России после терактов, которых было больше, чем во Франции, никому не пришло в голову рисовать антимусульманские карикатуры. Наоборот, у нас две газеты, которые в свое время перепечатали такие карикатуры из французского издания, быстро принудили к порядку. И это правильно — нужно охранять религиозный мир, минимизировать возможность новых конфликтов. Ценность человеческой жизни в России выше, чем свобода самовыражения не самых лучших художников.

— В российских церквях не могут случиться атаки радикалов?

ЧИТАТЬ  "Люди не понимают, куда бежать": картина коронавируса в регионах

— ИГИЛ (организация, запрещенная в РФ — прим.ред.) уже давно обозначил христианские храмы особыми объектами во всем мире. Два нападения, к сожалению, получились, но ранее много атак было предотвращено — в казахском Нурсултане (тогда Астане), в Санкт-Петербурге, где три года назад хотели взорвать Казанский собор. Террористы прекрасно знают, что такие атаки дают серьезный психологический эффект, порождают антимусульманские настроения, на этой почве они вербуют новых людей.

— В Москве строже, чем в других городах России, следят за поведением радикально настроенных неофитов?

— Боюсь, что у нас с этим проблемы. В Москве множество муфтиев, и ни один из них не контролирует не то что большую часть мусульман, а даже четверть. Один муфтий может сказать одно, другой — совершенно другое. У муфтия Аширова есть репутация защитника прав мусульман, так что в случае чего послушают, скорее, его. Есть Центральный муфтият в Москве… В общем, полная палитра.

— Среди московских мусульман больше молодежи, чем людей среднего и пожилого возраста?

— Учитывая, что московские мусульмане — это в основном трудовые мигранты, то да, больше молодежи, конечно.

— Как, по-вашему, в Москве будут развиваться события? Быстро ли затухнут протесты у посольства Франции?

— Ничего страшного не происходит. Не мы же карикатуры печатаем. Протестующим дадут немного выпустить пар, потом ограждения поставят вокруг посольства Франции, пускать никого не будут. Самых активных товарищей предупредят о недопустимости протестов, отвезут в отделение.

— Силовики уже увезли протестующих с места события. Психологически это повлияет на них?

— Люди же разные. Кто-то от чистого сердца выходит протестовать. Но есть и провокаторы-вахаббиты, которые таким образом повышают свою популярность,. Поэтому на первый раз, скорее всего, ограничатся беседой, а на второй — могут и дело завести.

ЧИТАТЬ  ФАН объявляет номинантов на победу в конкурсе «Хорошие новости России»

Читайте также: «В стихийный митинг мусульман у посольства Франции вмешалась полиция»

Источник: https://www.mk.ru/social/2020/10/30/ekspert-sprognoziroval-vozmozhnye-scenarii-razvitiya-musulmanskikh-protestov-v-moskve.html

Оцените статью
Белогорск News
Добавить комментарий